Если же вы спрашивали там, а вам упорно не отвечают, значит, что-то не так с вопросом.
Давайте уточним сразу. Мы не станем устраивать здесь литинститут и давать подробные разборы текстов. Поэтому на вопросы, касющиеся смысла той или иной песни, ответов не будет.
Тикки: Группа так называется потому что фонетически это удобно выговорить, а символически — легко представить.
Как трудно придумать название новорожденному коллективу, знает кждый, наверное, кто пытался. Со стороны — чего проще, а как начнешь — не остановишься. С Башней все сразу было понятно, и ни Фрейд, ни Юнг, ни воробьиный чих тут были ни при чем, просто когда живешь на 9 этаже в небольшой комнатке в компании нефиговой горы старых книг и совсем новенького перворожденного младенчика, мир становится нсколько иным. В частности, ночью, развешивая пеленки на балконе и наблюдая в весеннем воздухе потепление и радость, очень трудно не почувствовать себя на вершине башни. Стоишь на огромной каменной подставке, а под тобой где-то внизу небольшие деревья, а вокруг свежевыстиранные пеленки по ветру хлопают, а издали из Удельного парка слышно, как соловьи заливаются. Красота, кто понимает.
Слово rowan в английском языке значит (сюрприз!) «рябина», всего-то рябина и ничего больше. После долгих и продолжительных боев с мозгом мы дошли до этого варианта, больше штурмовать ничего не стали. Музыканты мои поежились и смирились с таким диковатым билингвистическим уродцем в качестве имени. Ну ничего, с тех пор не жалуемся, так и живем.
Даже если бы можно было бы что-нибудь изменить, название осталось бы прежним. Уж очень это геморройное дело — подбирать имена собственным детям и группам.
Тикки: Начинали с оглядкой на Steeleye Span (классика в этом музыкальном сегменте: одни смотрели на «Стиллов», другие на «Кланнадов», третьи на «Три Ян», самые продвинутые — на Стивелла и «Пентангл». В итоге компот получился тот еще), продолжили чем-то вроде разнузданного и расхристанного русского рока с плясовой основой, базирующейся на какой-то кельтятинке, а потом началось. Нынешний состав вот тяготеет не то к джазу, не то к такому, что я и назвать-то не могу без Гугля.
Так что не знаю, в каком стиле мы сейчас играем. На каком-то этапе стилистическое деление не то чтобы заканчивается, но размывается. Начинается что-то третье. Синтез? Интерес собачий ко всему, что досягаемо? Всеядность? Сдаюсь, в общем.
Что касается дисков, то нормально, «как у больших», выходил только альбом «Ab Laternae» (на лейбле «2й этаж»), и, вероятно, его еще можно где-то купить, хотя тираж был весьма скромный. Еще питерским лейблом «Караван-рекордс» в незапамятные времена на кассете (!) издавалась «Пчеловечность». И был такой сборник mp3 «Антология фолк и фэнтези рока. Часть 1». Где все это взять в физическом виде, мы не знаем.
Стас Валишин: А вы попробуйте в стандартном списке музыкальных стилей, предусмотренном ID3v1, найти стиль, которому бы соответствовала «Башня». Я вот в свое время не нашел, пришлось выбрать максимально идиотский из имеющихся. Но группе понравилось.
Барон Самеди, он же барон Суббота, один из ведущих лоа в вудуизме, относится к семейству Геде, отвечает за кладбища, мертвяков, как ни забавно, ему же молятся за детей, когда они заболевают. Обожает ром, всякое сладкое и крепкое пойло, крепчайшие сигары, цвета предпочитает черный и фиолетовый, порой является как щеголеватый скелет в цилиндре и смокинге, между прочим, с непомерным фаллосом. Впрочем, все лоа Геде считай похабники и насмешники. Короче, тот еще кросавчег.
«Регги на 6/4» первоначально было на 7/4, но по здравому размышлению решили не выеживаться. Что же до отца Брендана и брата Кенгуру, то после описываемых событий они жили долго и счастливо в глубоком целибате, обратили в свою веру пару вомбатов и одного беглого каторжника, имя которого затерялось в толще ноосферы, и совместно славили Господа.
Егор Трубников: Мальчик, глаза умные. Не брат и не любовник Элестрина Майана. Кто такой, сказать трудно. Аркадий Бурштейн в своем прекрасном «Эссе о лунном свете и дожде» вывел, что это обычный лунный демон, но можно ли доверять Бурштейну — доподлинно неизвестно.
Тикки: Гаральд, детское прозвище, уж и не спрашивайте, откуда и почему, моего лучшего и любимейшего школьного друга, Лидии Арутюновой (вот и опять аукнулась Армянская церковь). Как это часто бывает, мы друг друга потеряли, и я уж не знаю, удастся ли встретиться. Но сейчас вижу, что Гаральд — это был чистейший и золотой Божий дар в моей жизни. Хочется, чтобы все у нее было хорошо. Всегда.
Тикки: Короче, его съели. И что характерно, совершенно ни за что. За простое человеческое сочувствие. Такая жалость!
Егор Трубников: Это долгая история. Был в XII веке один монах, проживал в покрытом проклятиями язычников франкском монастыре. Прославился сей монах непримиримой борьбой с дьявольскими кознями. Где увидит дьявольские козни — там же и забарывает их, не отходя.
Вот шел он однажды по темному лесу, нес в соседний лангедокский монастырь корзинку со святыми мощами. Идет, значит, поминутно себя осеняет, а все одно — страшно. И вот видит он, что за кустами, где мрак самый густой, светится что-то белое и эдак колышется на ветру. Подходит монах, ветки руками раздвигает — а ну как там козни? Забороть! Но вместо козней обнаружил он прекрасную юную девушку. Оная сидела на коряге и смотрела прямо на него широко распахнутыми блестящими глазами. Монах, будучи человеком добрым, не стал кропить девицу святой водой и окуривать чем попало, а предложил свою помощь. Но девушка не ответила монаху, она словно не замечала его. Понял он, что девица либо блаженная, либо контуженая, а то и похуже чего с ней приключилось. И сколько он ни пытался выведать у нее хотя бы имя, не говоря уж о месте проживания, успеха так и не добился.
Не отчаиваясь (а оптимизм свойственен истинному служителю Господа), поставил он на землю корзинку со святыми мощами, намереваясь взять несчастную на руки и оттащить к ближайшему селению. Но только он дотронулся до нее, как раздался гром и демонический гогот, засверкали синие молнии. Девушка бесследно пропала (говорят, вместе с корягой, на которой сидела, и даже вместе с кустами), а вкупе с ней исчез и монах. Корзину с мощами уже на следующий день обнаружили его братья во Христе и, конечно же, доставили по назначению, но вот самого монаха более никто и никогда не встречал.
Тикки: Иеремия — потому что звать его так, сироту, и вообще он несчастен и пламенен. При этом скорее в голове даже бушевал не библейский пророк, а тан клана Макдаунов — Иеремия Ламерье Макдаун АКА Невермор. И не потому бушевал, что сам такой, а потому, что Ламерье. Адорно же... хм... он всегда при чем.
«Хумппа» — не «кто», а «что». Это такой финский танец, типа подпрыгивания на синкопированные 2/4, нелепые, но милые. А Катька — это чтоб отличать главную героиню Катерину-горожанку от сонма прочих Катерин, в первую очередь, ангела. Можно было бы с чистым сердцем назвать песенку «Катькина хумппа» или «Хумппа про Катьку».
Тикки: Милая, романтически настроенная барышня XVII I века, из мещан. К образу Ксении Петербуржской отношения не имеет. Ни в коем разе не вервольфица, а то почему-то добрые люди ее саму считают оборотнем-мстителем, а она просто типа по доброте душевной хотела помочь душе, загубленной чужим колдовством.
Егор Трубников: На самом деле действие песни происходит в Иудее при Понтии Пилате. Бежавший из Греции бандит, разбойник и нечестивец устроился надсмотрщиком за рабами при расквартированном в Иерусалиме римском полке. Имя свое он скрыл, назвавшись просто Чужаком. Римляне звали его Ксением, а близкие друзья-офицеры — Ксеньюшкой. Однажды Ксений услышал бродячего проповедника Иисуса и душа его перевернулась. Отринув грехи, схватив бумажную иконку и в одних панталонах Ксений рвется стать учеником Иисуса. Однако поздно — Иисус распят. Офицеры пытаются вразумить грека, обзывая Иисуса волчарой и рассказывая о Его гибели. Финал песни открытый.
Он был лично мною свернут из серебряной фольги и посажен на большие настенные часы, алый его плащ был также из фольги, соответственно, алой. К стыду своему, про «святого князя Германа» я в те поры не слышала, поскольку творчеством «Аквариума» интересовалась весьма поверхностно, зато отмифологизировать все окружающее, особенно что плохо лежит — вот это было к нам, это хлебом не корми.
Хельга Рэйчел — вполне живой и здравствующий человек, прекрасная художница и большая умница. Колыбельная была посвящена ей в тяжелые для нее и всех остальных времена. Сганерель — не человек, а персонаж комедии дель’арте.
Тикки: Эта милая парочка впервые появилась как дроллери (типа почеркушки на полях рукописных книг). Сидела я на сессии в библиотеке, еда кончилась, познаний еще ведрами черпай — и то не факт, что вычерпаешь, а экзамен послезавтра, и от тоски и безысходности написала про Янку и Джона. А потом БАЦ! Через изрядное время попадаю волей судьбы и дорогих моих друзей на фестиваль кукольных театров «Невский Пьеро». А там театр, да такой славный! Два человека всего, гистрионы в повозке, с грудой масок, крыльев, мелькания и красоты несказанной. Играли они какую-то народную, как я сейчас вспоминаю, немудреную сказку про Собаку и Петуха, а по ходу и про самих себя. Девушка потом оказалась легендарной Женей Глюкк, но это все не о том, хотя они были просто прекрасны. А просто передо мной совершенно наяву стояли те самые Янка и Джон, так что оставалось просто приписать к первой песенке о них балладу об ихдальнейших похождениях — ну и расслабиться. Зато пару этих песен очень удобно было исполнять, когда мы с Виткой занимались уличным музыкантством.
Церковь, которая находится в Петербурге, на Невском проспекте, чуть в глубине между домами 40—42, изначально к ней относившимися. Церковь во имя св. Екатерины на месте бывших Екатерининских конюшен. Голубая, очень красивая.
Правильно — Димчерч, у автора ошибка. Взялся из Киплинга, из его «Английского цикла», где есть сказка, которая так и называется «Dymchurch Flit», то есть «Бегство из Димчерча», в другом переводе — «Отлет из Димчерча» (а в переводе Г. Кружкова — «Переправа "эльфантов"»), про то как фэйри покидали старую добрую Англию, когда она стала жутковатой и злой.
Енисаари — финское название Заячьего острова, где Петр заложил Петропавловскую крепость. Генисарет — долина Генисарет располагается северо-восточнее Назаретской возвышенности и представляет собой северное и западное побережья Генисаретского озера. Ерусалим — архаично-народное название Иерусалима, столицы Земли обетованной, древнейшего города Ближнего Востока. Общий смысл — друзья уехали на волне второй эмиграции из Питера в Израиль. Средиземноморье — окрестности Средиземного моря (планета Земля, Солнечная система, галактика Млечный Путь в тентуре).
А вот последние слова Антона Павловича Чехова, по легенде, были «Я умираю». Но так как он это говорил своему коллеге-врачу в Баденвейлере, немецком курорте для чахоточных, то и сказал сие на немецком же языке, “Ich sterbe”. Вот и улочка такая... соответственная.
«Погребок Ауэрбах» — Auerbachs Keller. Отсюда по преданию ускакал на винной бочке герой народных сказаний чернокнижник Фауст. Гете в своей трагедии описал эту сцену и прославил на весь мир любимое питейное заведение лейпцигских студентов. У входа в «Погребок Ауэрбах» о «Фаусте» Гете напоминают две скульптурные группы, изображающие Фауста с Мефистофелем и фигуры заколдованных Мефистофелем гуляк. Ссылка для интересующихся (разд. «Лейпциг»).
Тикки: Городочек такой ирландский, присунут в песню для создания колорита. Вообще дело известное, нет вернее средства для придания достоверности описываемому, как всобачить в текст пару-тройку топонимов или каких имен собственных.
А есть такие в Петербурге, при этом чаще всего используется топоним «Дорога на Турухтанные острова», что ознчает «нечто совершенно бредовое, незбыточное, пустые мечтания». Сами же острова показываются три раза в год, встают из ночного тумана, чтобы немедля кануть в него обратно при первом же луче солнца. Говорят, перо турухтана способствует легкой и безбедной жизни, но доподлинно это не проверено.
Тикки: Эта странная речушка протекает в Питере, мала, грязна, страшна, но название звучное, и вообще неоднократно воспетая в литературе, и вообще мы ее никому не отдадим. Наш Оккервиль!
«...не видя, не зная дальней этой, почти не ленинградской уже речки, можно было вообразить себе все, что угодно: мутный зеленоватый поток, например, с медленным, мутно плывущим в ней зеленым солнцем, серебристые ивы, тихо свесившие ветви с курчавого бережка, красные кирпичные двухэтажные домики с черепичными крышами, деревянные горбатые мостики - тихий, замедленный как во сне мир; а ведь на самом деле там наверняка же склады, заборы, какая-нибудь гадкая фабричонка выплевывает перламутрово-ядовитые отходы, свалка дымится вонючим тлеющим дымом, или что-нибудь еще, безнадежное, окраинное, пошлое».
«Красный Треугольник» — знаменитая калошно-резиновая фабрика, располагающаяся на Обводном канале (кстати, испить воды из Обводного канала — верный способ схлопотать вот именно что на свою задницу массу приключений начиная от легкого поноса и заканчивая чудесной дизентерией). Первоначально фабрика была построена из обычного кирпича, но за годы купания в дыму, саже и пыли приобрела ни с чем не сравнимый глубокий черно-красный оттенок, вообще свойственный сохранившимся индустриальным ландшафтам начала ХХ века.
Тикки: Ну и еще, раз уж все равно вечер и март месяц. Дело было в «Африке». «Африка» вообще-то клуб абсолютно незабвенный. Ну так это было старинное здание института физкультуры им. Лесгафта, Питер, Новая Голландия, красивый такой дворец. Даже жалко, что физкультурникам ушла такая роскошь, а музыканты из училища им. Мусоргского теснились в убогом сараеобразном гробище сталинского типа. Ну там круглое роскошное крыльцо из стекла, резного дерева, ручки латунные, все как надо, а дальше широченная мраморная лестница, вся в сиянии и колоннах. Поднявшись по этому великолепию, ты оказывался в просторном очень высоком и холодном холле (где, кстати, стояло зеркало почти в потолок, с подзеркальным столиком, в облупившейся позолоченной раме, а еще сидела в заурядном вахтерском «стакане» тетка-вахтерша). Акустика там была изумительнейшая. Особые любители на флейте играли. А свернешь в закуточек — и вот она, «Африка», безраздельное царство короля Макса из «Вереска», королевы Юли и их веселого народа. Ну, в общем, это натуральное было наше все, особенно после кончины «Зоопарка». Ладно, про «Африку» надо будет отдельно написать. Да и Максу было бы нехудо начать уже собирать по народу воспоминания, потому что «Африка» — это целая такая нефиговая культурообразующая страница, и она еще себя явит.
Короче, апрель, почти май уже, тепло, светло, тополя вовсю пахнут, солнце сияет, на воду смотреть больно, а у нас день рождения басиста, Женьки Коваленко. Концерт такой немалый, народ Басиллу поздравляет, пиво льется, девки пляшут, настроение праздничное, свечки горят — благолепие и красота. Отыграли, устали, понятное дело, но довольны, Басилла с друзьями спускаются по мраморной этой необъятной лестнице. А внизу сюрприз.
Есть такой прекрасный человек, молодой, красивый, здоровый, звать... эээ... Ну, скажем, Змей. Так вот, этот Змей, будучи юношей не самым воздержанным и, наверное, не самым сметливым, «Башню» часто донимал всякими вопросами. Для примера, ну вот почему мы сегодня только четыре новые песни сыграли, а все остальные он уже слышал раньше. Ну или еще что-нибудь в том же стиле. Любознательный такой юноша, но по-своему милый. Так вот, из-за чего у них там с этим Змеем разгорелась дискуссия в конце мраморной лестницы, я не помню. Но в конце этой дискуссии назревала нешуточная драка, тем более подогретая пивом и эмоциями после концерта. Короче, из всего разговора Змей понял, что его не считают за мужика, а считают за женщину. И захотел смыть обиду кровью, как истый викинг. И было бы все плохо ( в первую очередь, конечно, для «Африки»), но тут влетел Тоха Лустберг, великий и ужасный, и, ухватив обескураженного Змея за руки, объяснил, что женщиной Змея никто не считает. Нет-нет, никогда, видишь — они знают, что ты не женщина. Инцидент был расчерпан, но Басилла очень обиделся: как так, на его же собственном концерте, да в день рождения, да чуть не матом — фигассе, приятный подарок. «Башня» тоже за Басиллу обиделась. Очень. Потому Басилла — это ж наше все, он же святой почти, хотя и не Жжюзер. И за женщин нам с Виткой тоже было обидно. Макель нас из деликатности подержал: мол, негоже женщин обижать таким презрением, каковое выказал Змей.
Короче, к следующей репетиции Егор Трубников вынес коллективную обструкцию в виде блюза про то, как змей не хочет быть женщиной. Добрые люди решили, что «Башня» опять умничает и мифологизирует, а «Башня» через некоторое время и сама в это поверила, просто песенка веселая, играть ее прикольно. Историю эту, приведшую к созданию песни, мы не особенно афишировали. Вот прямо аж до сегодняшнего дня. А теперь-то что, дело прошлое, так что все совпадения имен, фамилий и профессий просьба считать случайными.
А что про нее сказать? Когда тьма сгущается до полной невыносимости, в глазах начинает что-то чутка светиться, таким белесоватым отсветом. Очень страшненько бывает. А последние слова Ивана Сергеевича Тургенева, по легенде, были «Прощайте, мои милые, мои белесоватые». С тем и отошел, упокой, Господи, его бессмертную душу!
Это «Siuil a Run», старинная ирландская песня, колыбельная, которую только ленивый не спел. Она известна в каком-то просто невозможном количестве вариантов, и каждый хоть чем-то да отличается от прочих. В основе — горестная история двух влюбленных, юноша должен был покинуть Ирландию и отправляться н войну, девушка продает свою прялку и прочие полезные вещи, чтобы купить ему меч и все необходимое, и вот сидит, тоскует, укачивает, между прочим, сыночка. Текст припева примерно такой (транскрипция с гэльского):
Shule, shule, shule aroon, Shule go succir agus, shule go kewn, Shule go dheen durrus oggus aylig lume, Iss guh day thoo avorneen slawn.
Ну... Не такие уж они и гномики. Вот что говорит Википедия: «кобольдами называются собственно лишь духи домашнего очага, приблизительно соответствующие русским домовым; иногда это же название применяется и к горным духам. Кобольдам приписываются подшучивания над людьми, они постоянно возятся и шумят. Описываются они в виде карликов, обычно безобразных; их цвет от огня в очаге — ярко-красный. Название кобольд означает «владыку помещения» (Kobe, откуда нововерхненемецкое Kofen = помещение, комната, хижина); таким образом, кобольды тождественны англосаксонским cofgodas (домашние божки)». На пляски их всех тянет, особенно в хорошей компании и под хорошую закусь (закурь). Правда, веселого в их плясках мало. Ну да за весельем не к нечистой же силе ходить!
С вуду все очень просто. Фраза «Скажи моему коню, он должен идти на север» есть не что иное, как название одной из глав в прелестной книжке Блэка С. Д., Хайатта К. С. «Вуду в мегаполисе» (в переводе А. Костенко). Началось все с того, что Дартцы в очередной раз восплакались, не в силах вынести матерой поднебесной клюквы, буйно заколосившейся на ниве нововозросшей славянской фолк-волны. Кони, князья, гой-еси добры молодцы и ай-люли красны девицы как-то слегка поднавязли во ушах. Мне пришла в голову мысль о том, что есть еще один аспект развития темы коня и князя, еще не затронутый айлюлями, но вполне себе пригоджный для употребления. Конем (или ослом) в вуду называют человека, на краткий срок или периодически одержимого тем или иным духом, через какового человека этот самый нечестивый дух общается с собранием, вещает его устами, может отвечать на вопросы, пророчествовать, сквернословить, ну вообще довольно непринужденно себя ведет. По характерному поведению одержимца опытные вудуисты понимают, какой конкретно дух оседлал свою «лошадку». Потом транс прекращается, князь уходит, конь остается в глубокой задумчивости и только порою тихо ржет, слушая рассказы прочих членов общины «как все было».
Потому что такова его злая судьба. Будь он Элрик или Греттир, возможно, все бы сложилось по-другому. Но уж коли зовут тебя Гренделем, то не обессудь, легко не будет.
Потому что того ангела, который пришел февральской ночью к Матвеевому мосту в Новой Голландии, звали Катерина, а не Елизавета или Суламифь. Такие дела.
Тикки: А вот не знаю. Махом написала эту песню ноябрьской ночью на московской кухне, не включая света даже, вообще не вникая в смысл. Это не фигура речи, реальный факт. Даже не могу сказать, какой Филипп имеется в виду. Память апостола Филиппа чтут в Православии 24 октября (его самого) и 17 января (вместе с другими 70 апостолами). Католики же отмечают день апостола Филиппа 3 мая. А ведь еще был Филипп Нери, обращавший людей музыкой и песнопениями.
«На Пятидесятницу 1544 года ему было видение: огненный шар вдвинулся в его уста и словно прошел в грудь. Чувство божественной любви так обожгло его, что он стал кататься по земле и кричать: "Хватит, хватит, Господи, я больше не выдержу!" С тех пор часто среди бела дня его охватывала судорога, он обнажал грудь, чтобы остудить ее».
Потому что по дороге в Дамаск случается прорва всего интересного. Вот едешь ты, скажем, громить сектантов и аспидов, которые в Дамаске окопались, едешь себе, никого (пока) не трогаешь, и вдруг за какие-то 20 минут все у тебя меняется, с коня падаешь, головой подвигаешься совершенно, и вся твоя следующая жизнь переворачивается даже не на 180 градусов, а вообще из горизонтальной становится сугубо вертикальной, а сектанты и аспиды вдруг оказываются твоими братьями. Всякое бывает на дороге в Дамаск. Об этом занятном случае можно прочитать в книге Деяний Апостолов, 9:1—19.
Потому что он человек, и с эльфами ему делать нечего. Все одно его в жертву Диаволу должны были принести, хотя это, скорее всего, позднейшие напластования..
