Вокал, песни
Тикки Шельен
Бас-гитара
Владимир Яновский
Скрипка
Анна Костикова
Ударные
Андрей Чарупа
Саксофон
Никита Трубицын
Клавишные
Алина Зайцева

Тоталитарная секта с чoрным колдунским уклоном Дайте в руки мне баян, я порву его совсем™

Новое на форуме

Случайная песня

BEE

Тикки Шельен

Пчелы

«...and murmuring of innumerable bees...»
A. Tennyson

Вот и все, мои живые, дальше с мертвыми пойду я.

Теплый ветер преисподней мои волосы раздует.

Теплый сумрак тучных пашен,

Горький мед огней вчерашних;

Я войду туда неслышно и растаю.

 

Вот и все, уже не слышу ни рыданий, ни обетов.

И глаза мои открыты и сияют синим светом.

Там бесшумно ходят рыбы,

Пчелы водят хороводы,

Как велит их потаенная природа.

 

Я вхожу в круговороты тел мохнатых и крылатых

В восковой короне мертвых и в плаще из грубой шерсти,

И, во мне признав царицу,

Хоровод струится мимо.

Мириады серых тел, как клочья дыма.

 

Хоровод растет, качаясь, вьются маленькие пчелы,

Смуглый сумрак насыщая медом темным и тяжелым.

И пчелиная царица

Кружит в вихре хоровода

Среди серого крылатого народа.

 

Кружит мертвая царица,

Раскидав сухие руки,

Над слепою головою

Пчел безумных мириады...

11.01.1993


Поиск + двигатель
Google

Ближайшие концерты отменены

Дорогие друзья. «Башня Rowan» временно не будет давать концертов. Комментарии и объяснения последуют чуть позже, а пока — всем спасибо, и (надеемся) до новых встреч.

АРХИВНЫЕ НОВОСТИ

Максим Горький

Отец

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.

Максим Горький

Сын

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.