Вокал, песни
Тикки Шельен
Бас-гитара
Владимир Яновский
Скрипка
Анна Костикова
Ударные
Андрей Чарупа
Саксофон
Никита Трубицын
Клавишные
Алина Зайцева

Тоталитарная секта с чoрным колдунским уклоном Дайте в руки мне баян, я порву его совсем™

Новое на форуме

Случайная песня

MAR

Тикки Шельен

Очередное незавоевание Манхэттена

Засим сентябрь. И пелена

Сплошных дождей размыла путь,

через пустырь ведущий на

Полузастроенный проспект.

И тускло светятся в ночи

Те окна, где еще не спят.

Не так уж много их, отнюдь,

Стандартный пасмурный комплект.

 

Как одиноко, что вполне

закономерно в данный час.

Разбитых капель на стекле

Дрожат осколки.Тихий шум,

тупая оторопь дождя

по крышам типовых жилищ

долбит и падает сейчас

и навсегда, а что, варум бы нихт?

 

А мне хотелось взять Манхэттен,

с пылу,с жару, наобум,

одним движением плеча,

на прилагая никаких

к сему особенных затрат,

а после въехать на коне

и, напрягая гордый ум,

решить с полдюжины иных

 

высокомерственных проблем,

а также счастья в личной жизни

и как минимум двенадцать

иностранных языков.

Не надо лишнего. Хотя б

признанье всех моих достоинств,

в общем, целый новый мир,

и даже можно без коньков.

 

И никакой паршивой мысли,

что, возможно, данный флэт

не стоит купленных обоев,

и все помыслы зазря —

освоить груду музыкальных

инструментов, стать звездой

и непременно взять Манхэттен

в первых числах декабря...

 

Теперь же дождь. И я сижу

в своей застройке типовой.

Ты где-то там.Я где-то здесь.

Холодный дождь. Блестит асфальт

под блеклым светом фонарей,

таких же мокрых, как он сам,

Незавоеванный Манхэтттен

растаял в будущем, и жаль...

18.09.94


Поиск + двигатель
Google

Ближайшие концерты отменены

Дорогие друзья. «Башня Rowan» временно не будет давать концертов. Комментарии и объяснения последуют чуть позже, а пока — всем спасибо, и (надеемся) до новых встреч.

АРХИВНЫЕ НОВОСТИ

Максим Горький

Отец

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.

Максим Горький

Сын

Часть 1

1

Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы. В холодном сумраке они шли по немощеной улице к высоким каменным клеткам фабрики; она с равнодушной уверенностью ждала их, освещая грязную дорогу десятками жирных квадратных глаз. Грязь чмокала под ногами. Раздавались хриплые восклицания сонных голосов, грубая ругань зло рвала воздух, а встречу людям плыли иные звуки — тяжелая возня машин, ворчание пара. Угрюмо и строго маячили высокие черные трубы, поднимаясь над слободкой, как толстые палки.